Vive la France: летопись Ренессанса

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Парадные одежды

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Роскошь в одежде

Торжественные церемонии, особенно утренний «восход» короля и его отход ко сну, каждому давали возможность выставить напоказ свои роскошные одежды. Франциск I первый подавал этому пример. Венецианские послы замечали: «Он любит изысканность в одежде, его костюмы украшены галунами, россыпями драгоценных камней и причудливыми узорами; его пурпуэны безукоризненно сшиты и отделаны золотой тесьмой; его рубашка, очень тонкая, выглядывает из-за выреза пурпуэна по французской моде».
Мужская одежда состояла из составных шелковых шоссов цвета крамуази, или «цвета пламени», широкий и собранный в складку «жилет» — пурпуэн — доходил до бедер. На талии он был перевязан богато украшенным поясом, на котором висели шпага и кинжал. Выступающий брагетт [122] принимал вид богато украшенной раковины. В начале царствования Франциска I носили рубашку без ворота, потом стал моден ворот, украшенный кружевами, и постепенно, к середине века, он был заменен гофрированным воротником — фрезе[123]. На голове носили ток, украшенный перьями.
Поверх пурпуэна надевали накидку до пояса — кап или длинную роб, подбитую горностаем, собольим или беличьим мехом, в зависимости от занимаемой должности.

Женщины носили  парадные  роб, расширяющиеся книзу с расходящимися полами спереди, чтобы было видно нижнее белье из дорогой ткани. С туго затянутой талии спускалась цепочка из драгоценного металла. Корсаж или сюрко, тоже очень богато украшенный, в начале века открывал грудь и шею, а потом, как и в мужском костюме, стал моден ворот, позже — фрезе. В начале века полагалось надевать на голову маленький чепчик-чехольчик, сверху — вуаль[124], к середине века дамы стали носить изящные шляпки-ток, аналогичные мужским.

Подобные одеяния требовали весьма значительных расходов, разорявших целые семьи. Кроме того, они вызвали повышенный спрос на предметы роскоши, ввозимые в основном из Италии. Вот почему Франциск I был вынужден за четыре года до своей смерти, в 1543 году, запретить дворянам носить серебряную и золотую парчу, золотую тесьму, серебряную и золотую вышивку и галуны, бархат и шелковые ткани в полоску, установив за нарушение штраф в тысячу ливров. Но для того чтобы те, у кого уже были в гардеробе такие одежды, успели их сносить, король позволил надевать их еще в течение трех месяцев.

Но запреты ничего не дали: Генриху II в 1547 году вновь пришлось обратиться к этой теме. Исключение составляли лишь дамы королевы и придворные принцесс. Но он был вынужден позволить мещанам и дворянам выставлять напоказ свою роскошь во время торжественных церемоний, в частности — больших выходов короля. Вероятно, для того чтобы контролировать расходы на эти чрезмерные и разорительные туалеты, в октябре 1550 года король издал следующий ордонанс: одежды, сшитые целиком из шелка цвета крамуази, разрешалось носить только принцам и принцессам. Другие расцветки и ткани были разрешены простым дамам и дворянам. Жены судей и мещан могли носить бархат лишь в качестве отделки. Священникам позволялось носить бархатные одеяния в том случае, если они были принцами по происхождению. И лишь одна часть одеяния военных могла быть сшита из драгоценной ткани, шелка или бархата.
В 1543 году Франциск I позволил солдатам украшать доспехи, но Генрих И ввел ограничения: покрывать доспехи и попону серебряной парчой разрешалось только во время битвы или турнира. Пажи могли носить ткань «с полоской или с вышитой вставкой из шелка или бархата», если это было угодно их господам. Последний пункт ордонанса запрещал «всем ремесленникам, крестьянам и слугам» носить «шелковые пурпуэны, шоссы в полоску и шелковые буфы [125]», если только они не состоят на службе у принца.

Позже Королевский совет внес уточнения: дети от десяти лет и старше тоже попадали под этот ордонанс, однако епископы, аббаты и первые лица церквей, кафедральных храмов, соборов имели право носить «шелк на шелк», то есть несколько частей одежды могли быть сшиты из драгоценных тканей.

Но придворные изобретали оригинальные фасоны, дававшие возможность обходить закон, и праздники при дворе получались не менее блистательными, чем прежде. В некоторые праздники выстраивалась королевская гвардия, и все любовались великолепными доспехами, купленными в Германии или Испании. При Генрихе II маршал Пьеро Строцци, кузен королевы Екатерины, содействовал тому, чтобы в Париже начали изготовлять доспехи и нагрудные латы на миланский манер: все королевские доспехи изготавливались отныне в этих цехах. В этих латах с великолепной инкрустацией король выглядел полубогом.

122 Брагетт — bragette (фр.) — откидной клапан на шоссах различных форм и покроев, появившийся в связи с распространением кованых доспехов. В каждой стране имел свое название. Полностью исчез в конце XVI — начале XVIII века.

123 Вплоть до Средних веков воротника на одежде не было, в XII веке появилась узкая полоска в вырезе, постепенно превратившаяся в воротник-стойку. В XV веке воротник делался из меха или бархата. В испанской моде XVI века появился широкий белый воротник, плотно прилегавший к шее. После 1575 года воротник стал самостоятельной деталью модной одежды и увеличился до таких размеров, что около 1586 года его называли «мельничный жернов». По-испански он называется «горгера» (gourguera) — круглый гофрированный воротник чаще всего белого цвета. Его шили из тонкого полотна, закладывали складки и крахмалили, иногда сажали на проволочный каркас.

124 Такой головной убор остался головным убором вдов.

125 Речь идет о буфах, выпущенных из декоративных разрезов

0

2

Парадные одежды

В обычное время на церемониях следовало носить  парадные  туалеты, конечно же, не менее дорогие, но более строгие. При Генрихе III мужская мода приняла составные о-де-шоссы, цвет крамуази и золотую вышивку. Сначала в моде была шапочка с перьями «боннэ с хохолком», потом головной убор в виде сахарной головы. Плечи покрывали короткой накидкой — кап[172].

Во время заседания Генеральных Штатов в Блуа король с большим удовольствием надевал строгий черно-серый костюм, соответствовавший одежде королевы-матери, неизменно носившей черное. Богатство подчеркивали лишь украшения — аграфы[173], колье и серьги.

Придворные, подражая своему господину, прокололи себе уши. Другим проявлением кокетства были гофрированные воротники — фрезе, пришедшие на смену простым отложным воротничкам; государь стал носить их, вернувшись из Польши. Один из первых гофрированных воротников короля, изготовленный в 1578 году, состоял из 15 полос батиста. Чтобы накрахмалить этот воротник шириной в треть локтя (что равняется приблизительно 40 см), пришлось опробовать новую смесь — крахмала с рисовой мукой, — которая держала форму лучше, чем просто крахмал.
Придворные дамы в  парадных  одеяниях сами походили на театральных персонажей. Полы юбок роб расходились спереди и делались несколько короче нижних юбок, чтобы можно было продемонстрировать нижнюю одежду. Эти юбки приподнимались с помощью твердого каркаса — «вертюгада», который делал их похожими на барабан. Юбки были очень узкими в поясе, который прикрывался узким лифом на жестком каркасе с острым углом внизу. Пышные рукава стягивались у запястий.

На смену огромной фрезе, доходящей до затылка, пришел воротник в виде кружевного веера, поддерживаемый проволочками. Волосы укладывали в прическу на основе каркаса, высоко взбивая у висков. В прическах использовались накладные пряди, на висках волосы поднимали. Поверх большого шиньона из конского волоса, закрепленного красивым гребнем на затылке, надевали легкий чепчик из батиста, а уже поверх чепчика — головной убор или вуаль.

Туалеты королевы Марго

Королева Маргарита Наваррская задавала тон всем дамам при дворе. Ее мать, королева Екатерина Медичи, признавала ее первенство — Брантом сохранил свидетельство об этом: «Дочь моя, именно вы изобретаете новые прекрасные фасоны и показываете их, и, где бы вы ни были, двор будет повторять за вами, а не вы за двором». Мемуарист добавляет к этим словам воспоминания о нескольких самых роскошных туалетах королевы Марго: «Я как-то видел ее, и другие вместе со мной, одетую в роб белого атласа с многочисленными украшениями и несколькими алыми вставками, с вуалью из крепа[176] или римского газа, каштанового цвета, будто небрежно наброшенной на голову; но никто никогда не созерцал ничего более прекрасного…

А еще я видел эту великую королеву на первых Генеральных Штатах в Блуа в тот день, когда король, ее брат, произносил торжественную речь; она была одета в оранжевую с черным роб, и черное поле было усыпано многой отделкой, и в большой королевской мантии, достойной ее ранга, и когда она села, то показалась такой прекрасной, что я слышал, как люди в собрании — а их собралось больше трехсот — говорили, что были более очарованы созерцанием сей божественной красоты, нежели серьезными и исключительно важными словами короля, ее брата, хотя его речь была самой лучшей…

Я также наблюдал иногда, как она делала прическу из своих собственных волос, не прибавляя к ним никаких шиньонов; и хотя она обладала совершенно черными волосами, доставшимися ей от короля Генриха, ее отца, она столь искусно умела их скручивать, завивать и укладывать по примеру своей сестры королевы Испании, что такая прическа и убор очень шли ей, и были лучше, нежели что-либо другое».

172 Кап к концу XVI века укоротился, и о-де-шоссы превращаются порой просто в валик вокруг бедер, а нижняя часть — ба-де-шоссы — в женские стеганные на вате калесоны, повторяющие форму женских ног.

173 Аграф — первоначально пряжка для скрепления отдельных частей одежды, позднее так стали называться и другие украшения, которые носились на одежде.

176 Креп или флёр — тонкая редкая ткань, шелковая или хлопчатобумажная с волнообразно прогнутыми волокнами после соткания. Предназначалась преимущественно для вуалей.
Разумеется, необходимо сопоставить сверкание нарядов с блеском румян, белил и притираний, которыми пользовались все, и мужчины, и женщины, в довершение опрыскивая себя самыми изысканными эссенциями.

0

3

Еще об одежде

Суньига, испанский посол, писал Филиппу 22 сентября 1574 года, что король проводит все вечера за танцами и посещением банкетов. Зная, как подействовать на своего мрачного, всегда одетого в черное, властелина, он отбирал самые броские детали: «Последние четыре дня он [Генрих] носил костюм из фиолетового атласа — панталоны до колен, камзол и короткий плащ. Вся одежда покрыта рюшами и разрезами, украшенными пуговицами и лентами белого, красного и фиолетового цветов. Вдобавок, он носит серьги и коралловые браслеты». Посол заканчивает такими словами: «Всем этим он только показывает свою истинную суть». Эта ремарка, несомненно, относится к женоподобности короля. На самом деле Суньига находил проблемы там где их не было, ибо, в отличие от аскетичных испанских придворных, французские дворяне XVI века в украшении собственных персон не отставали от женщин. Они носили серьги, ожерелья, усыпанные драгоценностями костюмы, изобретали фантастические фасоны.

Генрих довел мужскую моду до гротеска. Камзолы надевали на корсеты — с планками из лозы или из китового уса (такие же носили и женщины), которые причиняли огромные мучения и вредили здоровью, сдавливая ребра и грудь так, что стеснялось дыхание, а, кроме того, натирали кожу до ссадин. Эти настоящие орудия пытки были запрещены в Англии, но только не во Франции при Генрихе III. Часто утверждают, что Екатерина заставляла свой «летучий эскадрон» добиваться ширины талии не более 13 дюймов. Достижение подобного размера в точности представляется невозможным, даже если мы допустим, что французский дюйм был больше английского. Но в любом случае, стремление к максимально тонкой талии имелось, а для этого не обойтись было без жестких корсетов, которые порой «впивались занозами в плоть». Генрих и его придворные носили также тяжелые, подбитые ватой рукава. Плащ накидывался на плечи, и король, для равновесия, ввел в обиход пышные штаны с разрезами, в которых виднелись вставки ярких оттенков.

Разрезы вошли в моду после того, как швейцарцы отразили вторжение армии бургундцев под предводительством Карла Смелого в 1477 году. Захватив неприятеля врасплох в его лагере, швейцарцы изрезали на полосы их палатки и знамена. Дабы отпраздновать свою победу, они и подшили эти полосы к одежде. Это породило стиль с разрезами, позволявший знати сочетать различные по фактуре и цвету ткани, увеличивая тем самым роскошь костюмов.

Фрида Леони "Екатерина Медичи"

0

4

Гардероб очаровательного принца

Эдуард-Александр, тогда еще герцог Орлеанский, позднее герцог Анжуйский, после восшествия на престол своего брата оказался первым предполагаемым наследником Короны.
С 1561 года его свита стала более значительной, чем свита его сестры Марго. Годовые расходы только на питание его двора достигали 26 тысяч ливров.

Во время блистательных приемов в замках Луары он надевал роскошные одежды. Сохранился перечень его гардероба в конце официального траура по умершему Франциску II. Некоторые предметы туалета ярких цветов отмечены как заказанные портному, но еще не доставленные. Сначала перечислены ансамбли из трех предметов — пурпуэна, шоссов и роб, верхней одежды. Один костюм сшит из серебряной парчи, а его роб с квадратным воротником подбит куницей; другой — из голубого атласа в серебряную полоску, подбит рысью. Пурпуэн и шоссы третьего ансамбля были из ярко-красного[156] атласа с шелковой бахромой того же цвета, а накидка из черной тафты, расшитая крупными бусинами, — на подкладке из ярко-красного шелка. Четвертый ансамбль включал в себя «белые бархатные шоссы с кошельком[157], украшенные мелкими разрезами и золотой бахромой»; воротник в том же стиле, а кап (плащ) из черной саржи был подбит белым шелком. Пятый — черного атласа на подкладке из желтой тафты с серебряным шнуром; шестой — наполовину из белого, наполовину из черного атласа; седьмой — из алой тафты с серебряной отделкой, а плащ — на подкладке из голубой тафты в серебряную полоску. Восьмой ансамбль из голубого атласа с небольшими алыми бархатными полосками был отделан серебряным шнуром; девятый был из серого атласа с плащом из отделанной золотом серой флорентийской саржи. Также в списке числился отдельный кап из черного бархата с пятью рядами золотой бахромы, подбитый черным в золотую крапинку бархатом. Кроме того, было помечено, что некоторые костюмы оставались еще у вышивальщика: один — из алого атласа, другой — из голубого атласа и голубого же бархата. Третий, желтый, из атласа и бархата, портному еще предстояло сшить.

Помимо этого в гардеробе принца хранилось множество шоссов и пурпуэнов. Одна пара шоссов из черного атласа была отделана золотой бахромой; другие, тоже из черного атласа, — серебряной, третьи — из фиолетового атласа с золотой бахромой, но принц не мог их носить, потому что они стали ему малы. У него еще имелась пара шоссов из алого бархата с серебром и серебряными позументами; а также из ярко-красного бархата с разрезами («разрезные») на подкладке из белого атласа в золотую полоску к «совсем простому» пурпуэну из ярко-красного атласа. Третьи, из белого бархата с разрезами, на «подкладке с золотыми бляшками[158]», и еще три пары из переливчатой тафты и три — из белой. Помимо верхних костюмов, принц при желании мог надевать три другие роб: одну из черного дамаста, подбитую рысью и украшенную серебряным шнуром; другую — из черной тафты с золотым шнуром и подбитую куницей; третью, маленькую, из черного бархата, украшенную черной шелковой тесьмой. К этому стоит добавить три «казака» или «сэ»[159]. Один — из подбитого рысью черного бархата в комплекте с плащом «с золотыми украшениями»; другой — тоже из черного бархата, но отделанный лишь галунами; третий — из тафты, на кунице, с черной шелковой отделкой «с накидкой из той же ткани, которая была сделана, когда он был болен».

В гардеробе хранилось два воротника из марокена, украшенных золотом и серебром, которые герцог носил, когда был еще ребенком; они «были такими маленькими, что он не мог их носить». Но также там имелось два новых воротника: один — с золотой бахромой, другой — с серебряной.
Накидки и черные бархатные казаки можно было подобрать любые. Одни с «мелкими деталями», мы бы сказали — отделкой, другие — из черного бархата с серебряной нитью, третьи, на подкладке из золотой парчи, с разрезами и шевронами, с бейкой из атласа.

Молодой принц располагал всевозможными нарядами и для верховой езды: костюм из крапчатого бархата, отделанный шелком и серебряной бахромой и подбитый рысью; «мантель» серебряного бархата, «подбитый лисьими грудками» и обшитый золотыми позументами; костюм из отделанного серебром ярко-красного бархата с шоссами, казаком и алым манто; казак из серебряной парчи с черной бархатной окантовкой; манто из черного сукна, окантованное бархатом и серебряной бахромой; пара шоссов из голубого бархата в золотую полоску с воротником в тон; роб из шелкового дрогета, подбитая волком; «рейтр», плащ, как у немецких рыцарей, и кабан — дождевик с длинным ворсом.

У герцога имелось множество «бонне». Не следует путать их с женскими чепчиками, в ту эпоху так называли головные уборы вообще, здесь же речь идет о так называемых «токах»[160]. У него было их пять из черного бархата, украшенных жемчугом и черной тесьмой, один из которых был расшит маленькими розами; другой — отделан жемчугом и лентами из алого шелка; третий — пестрыми висюльками, а еще один— золотой тесьмой и голубым шелком. Другие два тока были из алого бархата, один был украшен голубыми шелковыми лентами, а другой — только жемчугом. Еще один был из «бархата цвета голубя» с золотыми цепочками, покрытыми белой эмалью, и с маленькими пуговками из жемчужин в золоте; другой — из ярко-красного бархата с золотыми цепочками, покрытыми белой эмалью, и с маленькими пуговицами с изумрудами и рубинами; два из желтого бархата, один с цепочками с жемчужинами, другой — тоже украшен жемчугом и еще маленькими «четками» из золотых, покрытых белой эмалью пуговиц с гранатовыми вставками.

156 Одежду ярко-красного цвета (крамуази) имели право носить только принцы и принцессы крови. Придворным дамам разрешалось делать одежду любого цвета, кроме крамуази. Дело в том, что в это время правительство издало ряд эдиктов против роскоши, ограничивающих не только стоимость костюмов, но даже цвет одежды.

157 Имеется ввиду гульфик

158 Вероятно, эти золотые бляшки скрепляли разрезы

159 Казак представляется более уличной, будничной одеждой, а сэ - парадной, щегольской.

160 Известная мания короля рядиться в женскую одежду привела к значительным изменениям формы ба-де-шоссов, плащ стал совсем маленьким и коротким, а объемные шляпы заменились женскими ток — совсем маленькими шляпками. Бареты тоже стали совсем маленькими.

0

5

Роскошный траур

Летом 1559 года, в то время, когда велись переговоры по поводу обмена Шенонсо, французский двор облачился в роскошные траурные одежды. Свидетельство тому — королевские счета.

После смерти короля Генриха II королева Екатерина и принцессы обратились к двум портным, Жаку Делоне из Тура и Эдуарду де ла Катту. Жан Делоне сшил роб из черного камелота с бархатными полосками, роб из серого атласа с атласными фестонами и золотыми цепочками, роб из черной тафты с плетеными шнурами из серебряной нити, роб из черного атласа с бархатом и расшитое золотым шнуром, роб из черной шелковой саржи с золотыми позументами и разрезными рукавами на пуговицах из плетеного золотого шнура, роб из черного атласа с золотыми и серебряными позументами, еще роб из черной тафты «раздельную» с полосками, связанными из золотых нитей, роб из черного бархата с «всю ажурно разрезанную ромбами», расшитую серебряным тонким шнуром и украшенную золотыми пуговицами, роб из той же ткани, расшитую серебряными цепочками, — пять корсажей «на испанский манер»[134] с прорезями, вышивкой, золотыми и гагатовыми[135] пуговицами, роб из черной тафты с отделкой из вышитой тафты, переплетенной с золотыми нитями (она предназначалась для молодой королевы Елизаветы, отправлявшейся к своему мужу Филиппу II в Испанию), роб из «черного дамаста, сплошь усыпанную блестками, прорезанную квадратами, обшитыми бархатом и золотым шнуром», роб из бархата с прорезными рукавами, низ которой украшен прорезными полуромбами, обшитыми золотом с белой атласной отделкой, роб с золотыми цепочками, две роб из крепа с золотой витой бахромой, роб из черной тафты с серебряными цепочками, роб из той же ткани с серебряными позументами и с отдельными рукавами, роб из белого дамаста с рукавами и корсажем из серебряной ткани, возможно, предназначавшуюся на первое время Екатерине, но она, вероятно, отказалась от него, не желая носить традиционный белый траур французских королев. Далее в списке портного идет роб из черного бархата «с высоким полностью резным воротником, окантованным серебряной бахромой в виде плетеного узора», пятнадцать корсажей из бархата и дамаста нескольких цветов, расшитые золотом и серебром, и, наконец, две роб, одна из бархата, другая — из черного атласа.

Пошив этого гардероба обошелся в 220 ливров 7 су. Второму портному, Эдуарду де ла Катту, заплатили, судя по счету, 62 ливра 10 су 2 денье. Он изготовил много разных вещей: роб из черной бархатной тафты с воротником «на испанский манер», отделанную черным и белым шелком, серебряными шнурами и нитями, роб из черной саржи с рукавами из черного шелка и кисеи, большое ночное «манто» из кисеи, отделанное шелком, на подкладке из тафты, «кисейный покров вертюгали [136]», корсаж из черной тафты на подкладке из марокена с юбкой из той же ткани, кисейную роб с рукавами, украшенными «немецкой мережкой», пару перевязей с шелковыми петлями, роб из Флоренской саржи, вертюгаль из тафты, кисейное манто для езды верхом, манто из Флоренской саржи с отдельными рукавами, еще одну кисейную роб, и кроме того, восемь чепцов из тафты, четыре пары чепчиков, шесть «туре», то есть воротничков, и четыре отложных воротника.

Счета, по которым заплатили портным, содержат лишь расходы на пошив платьев для королевы и ее дочерей. Стоимость тканей записана в счете, представленном Катрин Пишонна, вдовой суконщика Жана Доллю, — 1625 ливров 7 су 6 денье, а также в счете суконщика Жана Деспре — 5952 ливра 13 су 6 денье. В обоих счетах перечислено, сколько локтей ткани выдали придворным дамам, которые должны были сами кроить и шить себе траурные наряды.

Помимо одежды королевской семьи обновили все одеяния сеньоров, принадлежавших королевскому двору, а также платье их слуг — расходы на все это составили 31 891 ливр 10 су!

134 Корсаж «на испанский манер» — это лиф определенной формы: ровная линия плеч и выступ в виде острия, спускающийся на юбку, а талия очень сильно заужена. Юбка к такому лифу имеет коническую форму, ткань поддерживали металлические обручи, на которые юбка натягивалась как на барабан, и женщина выглядела в ней словно «неприступная крепость». Не должно было быть ни единой складочки, ведь испанская ренессансная мода создавалась «проволокой и утюгом». Однако, как мы увидим из перечня гардероба королевы, во Франции одновременно уживалась и итальянская, и испанская мода.

135 Гагат — черный янтарь.

136 Вертюгаль, вертюгад,  вертюгаден — vertugal, vertugade, vertugadaine (фр) — французские названия каркаса для юбки в XVI веке.

0